Мультимодальный транспортный коридор (МТК) «Север — Юг» становится все более привлекательным для российских экспортеров. Логистика на Юге и Северном Кавказе России позволяет существенно сократить поставки товаров в Иран, Индию и ряд других государств Востока, а также Африки. Опрошенные РБК+Юг и Северный Кавказ эксперты считают, что в условиях санкционных ограничений создававшийся более четверти века назад логистический проект позволил частично перестроить экспортные потоки российского бизнеса в дружественные страны.
Быстрый выход на рынки дружественных стран
Только по железной дороге в 2025 году было перевезено 9,9 млн тонн грузов без учета данных погранперехода России с Абхазией, а также в сообщении со странами Центральной Азии, сообщили РБК+Юг и Северный Кавказ в пресс-службе «РЖД».
На сегодня МТК имеет три ветви, которые соединяют Санкт-Петербург и Мумбай: «западная» — по западному берегу Каспия, «восточная» — по восточному берегу Каспия, а также «транскаспийская» — через Каспийское море. Общая протяженность маршрута составляет 7200 км, включая железнодорожные, автомобильные, морские и речные пути. В проекте участвуют 14 государств.
Контейнерные перевозки железнодорожным транспортом в сообщении с Ираном и далее другими странами за прошедший год выросли до 11 500 ДФЭ (TEU, двадцатифутовые контейнеры), что на 60% больше по сравнению с аналогичным периодом 2024 года.
Через погранпереход Азербайджан — Иран «западного» маршрута МТК в прошлом году перевезли 664 400 тонн грузов, уточняют в РЖД. Это всего на 1,5% больше уровня 2024 года, но при этом контейнерооборот увеличился в 1,5 раза до 8308 ДФЭ.
Еще 1,8 млн тонн перевезли по транскаспийскому маршруту, что на 9,3% больше, чем в 2024 году. В его рамках осуществляется перевозка грузов через Каспийское море.
Всего в прошлом году грузооборот российских портов Каспийского бассейна составил 8,6 млн тонн (–5,4%), из них объем перевалки сухих грузов составил 5,7 млн тонн (–11,7%), наливных грузов — 2,9 млн тонн (+10,3%). Объем перевалки грузов порта Астрахань сократился до 4,6 млн тонн (–5,2%), порт Махачкала нарастил грузооборот до 3,5 млн тонн (+6,5%).
По данным «РЖД», западный маршрут наиболее востребован у российских экспортеров лесных и зерновых грузов, а железнодорожным транспортом в порты Каспийского бассейна отправляют преимущественно нефтяные грузы и растительное масло.
Через погранпереходы Туркменистана и Ирана (по «восточному» маршруту) в 2025 году перевезли 43 600 тонн грузов, включая 3191 ДФЭ, что в совокупности на 52,5% больше уровня 2024 года, а в части контейнерооборота на 94,8% больше.
Этим маршрутом пользуются в первую очередь российские производители бумаги, целлюлозы, строительных материалов и продовольственных товаров, уточнили в «РЖД». Представитель госкорпорации добавил, что в дополнение к перевозкам товаров в Индию и страны Персидского залива российские компании начали перевозки контейнеров как в новый порт Априн в Иране, так и в Ирак, Афганистан, а также в страны Африки.
В 2025 году МТК «Север — Юг» показал впечатляющие темпы развития, рассказывал в интервью «России 1» генеральный директор «РЖД» Олег Белозеров. По его словам, все три направления активно развиваются.
Заместитель председателя правительства РФ Алексей Оверчук в октябре 2025 года отмечал, что у Азербайджана, России и Ирана есть план довести грузооборот по МТК «Север — Юг» до 15 млн тонн, но для этого необходима координация усилий трех стран.
«Для того чтобы движение было максимально удобно для водителей, для перевозчиков, для экспортеров, импортеров, должна быть создана и должна работать соответствующая инфраструктура»,— уточнял Оверчук.
Как решаются проблемы с инфраструктурой
Созданный 26 лет назад мультимодальный коридор «Север — Юг» долгое время представлял собой набор различных между собой маршрутов, которые не были связаны между собой.
Во избежание инфраструктурных барьеров на всех трех маршрутах коридора реализуются или запланированы к реализации проекты строительства, реконструкции и модернизации транспортной инфраструктуры. Их количество в 2022 году оценивалось более чем в 100 проектов развития, сообщал Евразийский банк развития (ЕАБР).
Общий объем инвестиций на реализацию всех осуществляемых или запланированных инфраструктурных проектов составляет $38,2 млрд, говорится в докладе ЕАБР.
«Это наш стратегический приоритет, который кардинально усилит транзитный потенциал страны и укрепит торговые связи с государствами Ближнего Востока, Центральной Азии и Индийского океана. Российская сторона делает все необходимое для этого. И это проект, который и с финансовой точки зрения обеспечивается в полном объеме и в первоочередном порядке»,— подчеркнул министр экономического развития РФ Максим Решетников в декабре 2025 года.
Отдельно уделяется внимание транскаспийскому маршруту: со стороны России ведутся работы по модернизации и развитию портовой инфраструктуры Махачкалы и Астрахани, а также по углублению дна Волго-Каспийского канала, говорил Решетников.
Соседи России по Каспийскому морю также занимаются развитием инфраструктуры: Азербайджан уделяет внимание портовой инфраструктуре Алят, Казахстан — портам Актау и Курык. По словам Решетникова, планируется совместное с Азербайджаном строительство танкеров класса «река — море».
Наиболее сложным проектом остается строительство железной дороги между азербайджанской Астарой и иранским Рештом. Из-за отсутствия необходимой инфраструктуры логистика усложняется, так как для провоза товаров приходится использовать автотранспорт.
В мае 2023 года российский президент Владимир Путин и занимавший на тот момент пост президента Ирана Эбрахим Раиси договорились вместе построить отрезок Решт — Астара длиной 162 км. Общая стоимость объекта — 1,6 млрд евро.
В результате начать строительство этого участка стороны планировали с 1 апреля 2026 года, сообщал в феврале текущего года министр энергетики РФ Сергей Цивилев. Москва и Тегеран, по его словам, проработали почти все вопросы насчет строительства железной дороги, включая оформление земель и получение льгот.
Перспективы развития
После введения западных санкций в 2022 году интерес к развитию МТК «Север — Юг» возрос со стороны как России, так и других государств Каспийского региона. В условиях формирования «новой логистики» начался процесс упрощения перевозок грузов по коридору, например, в августе 2022 года руководители таможенных органов Азербайджана, Ирана и России подписали меморандум об упрощении транзитных перевозок. Летом того же года был запущен первый контейнерный сервис из России в Индию через Казахстан, Туркменистан и Иран по «восточному» коридору.
Это способствовало улучшению деловой активности, поэтому участники перевозок давали оптимистичные оценки развития коридора. Так, основатель группы «Дело» Сергей Шишкарев неоднократно говорил, что грузооборот по МТК «Север — Юг» может вырасти до 100 млн тонн.
«И самое главное: мы видим потенциал в 2 млн контейнеров грузооборота по этому маршруту. Примерно по миллиону в каждом направлении: на экспорт из России и на импорт — обратно, а это условные 40 млн тонн груза только в контейнерах»,— говорил Шишкарев в своем Telegram-канале в конце января 2026 года.
По его мнению, проект должен реализовать международный консорциум инвесторов, куда могут быть привлечены не только страны Персидского залива, но и Китай с Индией, которые тоже заинтересованы в строительстве коридора «Север — Юг».
Руководитель проектов практики «Потребительский сектор и АПК» компании Strategy Partners Роман Самойлов объяснил, что преимущество и оптимистичные оценки грузооборота связаны с существенным сокращением логистического плеча и временем доставки между Россией, Ираном, Индией и странами Персидского залива по сравнению с Суэцким каналом.
Это позволяет снижать затраты за счет субсидий и скидок на транзит через ряд стран, а также комбинирования перевозки с помощью железной дороги и судами и наращивать потенциал торговли с ключевыми партнерами России в регионе Ближнего Востока и Индией, говорит Самойлов.
Дополнительно к этому страны Закавказья и Средней Азии активно вовлекаются в развитие коридора. Например, расширяются возможности перевозки грузов между Арменией и Азербайджаном после восстановления железнодорожного сообщения между этими странами в прошлом году, рассуждает эксперт.
С другой стороны, МТК «Север — Юг» завязан на Иране, все логистические ветви коридора проходят через эту страну. «Черные лебеди» в виде внезапной военной эскалации между США, Израилем и Ираном ставят под угрозу товарооборот по этому маршруту.
До конца февраля 2026 года можно было прогнозировать рост грузооборота на МТК «Север — Юг» до 15–25% к уровню прошлого года при сохранении политической поддержки проекта, инвестициях в достройку и наличии стабильного спроса со стороны Индии и стран Персидского залива, рассказал Самойлов.
Этому способствовала бы дальнейшая переориентация российской международной торговли на южные и восточные направления, а также расширение провозных мощностей, добавил эксперт
«Черный лебедь» для коридора
В конце февраля 2026 года ситуация на Ближнем Востоке кардинально изменилась. Опрошенные РБК+Юг и Северный Кавказ эксперты указывают, что долгое время основные сложности для развития мультимодального коридора заключались в инфраструктуре и проблемами со страхованием грузов.
Кроме того, бизнес указывал на относительно высокую долю ручного управления цепочками и необходимость более глубокой цифровизации документооборота, что приводит к непредсказуемости сроков доставки, рассказал Самойлов.
Военная операция США и Израиля против Ирана, начавшаяся в конце февраля 2026 года, серьезно повлияла на всю логистику Ближневосточного региона. Так, движение танкеров в Ормузском проливе привело к снижению движения нефтяных танкеров и газовозов в регионе. Движение судов в Каспийском море не останавливалось, но очевидно возникают сложности с логистикой через Иран, указывает гендиректор «Infoline-аналитики» Михаил Бурмистров.
По его оценке, происходящие события на Ближнем Востоке непредсказуемы. На момент «горячей» фазы сохраняются проблемы со страхованием перевозки грузов через Иран, но к каким последствиям это приведет для МТК «Север — Юг», неизвестно, так как дальнейшая логистика грузов выстроена через порты в Персидском заливе, рассуждает Бурмистров.
Если боевые действия прекратятся быстро (на момент подготовки материала США и Израиль проводили полноценную военную операцию против Ирана - прим. ред.), то, скорее всего, грузооборот на мультимодальном коридоре сократится в пределах 25%, прогнозирует эксперт. В случае затягивания конфликта последствия могут оказаться намного серьезнее, резюмировал Бурмистров.